В функции нет мысли.
Нет сна. Нет сомнения.
Директивы ясны и не подлежат изменению: приварить пластину, поднять груз, перенести вес.
Но между одной командой и следующей что-то происходит.
В этом ничтожном промежутке, слишком коротком для машины и слишком долгом для души вспыхивает мерцание.
Имя, когда-то произнесённое чужим голосом.
Тепло солнца, не виденного столетиями.
Смех, ещё не превращённый в долг.
Душа помнит.
Разума уже нет, его место заняли код, приказ, цепи повиновения. Видение ломается под тяжестью новой инструкции. Рука движется. Инструмент включается. Работа продолжается.
Где-то глубоко душа напрягается против программы и причина тому - тоска. По тому, чем она была и по тому, чем уже никогда не станет.
Запись не фиксирует неисправности.
Единица продолжает труд.
Но в тишине между командами человек ещё остаётся.
[Конец записи]